Без поджелудочной железы как жить

Хирургическое удаление части поджелудочной железы и других тканей в сравнении с другими видами лечения у пациентов с раком поджелудочной железы, который поражает окружающие ткани

Без поджелудочной железы как жить

Актуальность

Поджелудочная железа – это орган в брюшной полости, который вырабатывает желудочный сок для переваривания пищи. В ней также содержатся клетки, секретирующие инсулин, которые поддерживают уровень сахара в крови. Рак поджелудочной железы это агрессивный вид рака. Хирургические операции по удалению раковой опухоли улучшают выживаемость.

Однако, у трети пациентов с раком поджелудочной железы – местно-распространенный вид рака, вовлекающий крупные кровеносные сосуды, которые обычно не удаляют из-за опасений возникновения осложнений после операции. Такие пациенты получают паллиативное лечение.

Полагают, что резекция (удаление части органа) поджелудочной железы является альтернативой паллиативному лечению пациентов с местно-распространенным раком поджелудочной железы. Однако, в этой группе пациентов польза и вред от хирургической резекции по сравнению с другими видами лечения не ясны.

Мы решили ответить на этот вопрос, выполнив тщательный поиск литературы на предмет исследований, в которых хирургическое удаление сравнивали с паллиативными видами лечения. Мы включили только рандомизированные контролируемые испытания, которые при надлежащем дизайне могут помочь избежать ошибочных выводов.

Мы провели поиск литературы, чтобы найти все исследования, опубликованные на декабрь 2013 года. Два автора независимо друг от друга оценивали испытания для включения в обзор и независимо друг от друга извлекали данные из испытаний для минимизации ошибок.

Характеристика исследований

Мы нашли два клинических испытания, в которых сравнивали хирургическое удаление поджелудочной железы с другими видами лечения у пациентов с местно-распространенным раком поджелудочной железы. В этих двух испытаниях приняли участие всего 98 пациентов.

47 пациентов перенесли хирургическое вмешательство, в то время как остальные получали паллиативное лечение.

Выбор способа лечения (кому будут проводить хирургическое вмешательство или другие виды лечения) определяли с помощью метода, схожего с подбрасыванием монеты.

Основные результаты

Приблизительно 97% пациентов, перенесших операцию по удалению раковой опухоли, выжили после операции в двух испытаниях. Вероятность выживаемости была в два раза выше у пациентов, перенесших хирургическое вмешательство, по сравнению с пациентами, получавшими другие виды лечения.

Выжившие пациенты наблюдались в течение, по меньшей мере, пяти лет. В группе паллиативного лечения через два года выживших не было, в то время как приблизительно 40% пациентов, перенесших хирургическую операцию, были живы через три года после операции. Различия в выживаемости были статистически значимыми.

В исследованиях не сообщали об осложнениях, связанных с хирургическим вмешательством, хотя, вероятно, что у значительной части пациентов были осложнения в обеих группах. Ни в одном из испытаний не сообщали о качестве жизни.

Также не было доказательств каких-либо различий в продолжительности госпитализации (включая все посещения пациента, связанные с лечением) между двумя группами.

Общие затраты на лечение были существенно ниже в группе с хирургическим лечением (около 10000 долларов США), чем в группе с паллиативным лечением в испытании, проведенном в Японии. В другом испытании, проведенном в Греции, не было представлено информации о затратах.

Качество доказательств

В целом, в испытаниях был высокий риск смещения (следовательно, есть вероятность ошибочных выводов).

Это связано с отсутствием четкой информации, как проводили рандомизацию, а также о том, знали ли люди, оценивающие исходы, к какой группе относятся участники, и все ли участники испытаний были включены в анализ.

Общее качество доказательств было очень низким, так как в испытаниях был высокий риск смещения, и было слишком мало испытаний, чтобы оценить, были ли опубликованы исследования только с отрицательными результатами.

Выводы

Существуют доказательства очень низкого качества, что хирургическая резекция повышает уровень выживаемости и снижает затраты на лечение, по сравнению с паллиативными видами лечения у пациентов с местно-распространенным раком поджелудочной железы с вовлечением вен.

Для отдельных пациентов с местно-распространенным раком поджелудочной железы, готовых принять потенциально повышенный риск осложнений, связанных с операцией, может быть рассмотрена возможность проведения резекции поджелудочной железы, при наличии достаточного опыта.

Дальнейшие исследования

Необходимы дальнейшие рандомизированные контролируемые испытания для получения более точных результатов, оценки качества жизни пациентов, а также соотношения затрат и эффективности хирургического вмешательства в сравнении с другими видами лечения при местно-распространенном раке поджелудочной железы.

Источник: https://www.cochrane.org/ru/CD010244/UPPERGI_hirurgicheskoe-udalenie-chasti-podzheludochnoy-zhelezy-i-drugih-tkaney-v-sravnenii-s-drugimi-vidami

После удаления желудка, селезенки и… Пищевода 64-летний селянин работает с утра до ночи и..

Без поджелудочной железы как жить

Широко разрекламированная операция по замещению пораженного пищевода частью толстой кишки, которую провели в Китае, оказалась отнюдь не уникальной. Киевские хирурги за свою 30-летнюю практику выполнили их более 300

На прошлой неделе Валентин Дмитриевич приехал в Киевский институт хирургии и трансплантологии на плановый медосмотр вместе с женой, которая перенесла операцию на желудке в том же 1990-м году. Более разговорчивая, чем муж, Татьяна Ивановна рассказала:

— Тогда, десять лет назад, я попала в больницу первой. Началось с тошноты и рвоты. Врачи районной больницы обследовали и сказали, что у меня язва и нужна операция. Подумали мы с мужем и обратились в этот институт, где как раз наш земляк, Николай Уманец, работает хирургом.

— Вскоре после того, как мы прооперировали Татьяну Ивановну, ее муж признался, что уже много лет у него побаливает желудок, — рассказывает заведующий отделением пищевода и средостения Института хирургии и трансплантологии АМН Украины Петр Кондратенко.

— Мы выявили у него опухоль и срочно прооперировали. Оказалось, что она распространилась и на соседние органы. Пришлось удалить треть пищевода, две трети поджелудочной железы, часть надпочечника и полностью — селезенку и желудок. Их работу компенсирует тонкая кишка, подведенная к пищеводу.

Этот случай не уникальный. Таких пациентов у нас много.

— Спасибо врачам — вытащили нас с того света, — благодарит Татьяна Ивановна. — Первое время после выписки мы соблюдали диету, а после и по сей день едим все подряд. На праздник Валик и рюмку может выпить.

— Только молочного и сладкого не могу есть, — дополняет муж.

— Работящий он слишком, — продолжает Татьяна Ивановна. — Прошу: не таскай ты эти мешки. Где там! Да и как тут усидишь? Хозяйство у нас большое — и корова, и свиньи, и куры.

Хлебнув уксусной эссенции, женщина от боли порвала на себе одежду

Сенсационное сообщение о том, что китайские хирурги провели необычную операцию, заменив обожженный пищевод частью толстой кишки, недавно прошло по многим информационным агентствам.

Читатели «ФАКТОВ» могли найти эту информацию 17 ноября во вкладыше «Будь здоров!» (»Китаец Айгуо, который обжег пищевод каустической содой, лишь через 13 лет смог нормально поесть»).

После публикации в редакцию позвонили специалисты Киевского института хирургии и трансплантологии. Оказалось, украинские хирурги выполняют такие операции уже 30 лет.

По словам директора института, члена-корреспондента НАН и АМН Украины, профессора Валерия Саенко, в отделении лечатся пациенты с разными заболеваниями пищевода и желудка.

Часто попадают с ожогами, полученными при употреблении кислот и щелочей (уксусной эссенции, различных бытовых очистителей). Хирургам приходится перекраивать внутренности, замещая пораженные органы тканями из пищеварительного тракта.

Кстати, кандидатская диссертация основателя института академика Александра Шалимова, которую он защитил в 1948 году, также была посвящена восстановительной хирургии.

Как и супруги Омельянченко, одесситка Мария Алексеевна приехала в Киев на контрольный осмотр. 25 лет назад она случайно выпила уксусную эссенцию, получив сильнейший ожог. В Киеве ее прооперировали, заменив обожженный пищевод отрезком толстой кишки.

— В ту ночь я почувствовала сильную жажду, — вспоминает эта улыбчивая худенькая женщина. — Жила тогда в общежитии. Чтобы не будить девушек, свет включать не стала. Нащупала бутылку. Думала, что с водой. Налила в стакан и сделала глоток, после чего меня словно огнем обожгло.

На крик проснулись девушки. Забегали вокруг подруги, вызвали «скорую». Внутри у Марии так пекло, что от боли она порвала на себе одежду. В больнице ей промыли желудок, несколько дней ставили капельницы. Потом потянулись месяцы сплошных мучений.

Попытки есть чаще всего заканчивались рвотой. Пищевод воспалился и сузился настолько, что даже вода проходила с трудом. Одесские врачи специальными бужами пытались его расширить, но это им не удалось. Тогда Марию направили на операцию в Киев.

С тех пор она живет с искусственным пищеводом, который и служит проводником пищи.

— Если из-за мощных рубцов расширить пищевод не получается, тогда приходится замещать его отрезком толстой кишки, — поясняет Петр Кондратенко.

— Через неделю после операции я уже смогла нормально есть, — говорит Мария Алексеевна. — При глотании почти не чувствовала боли — лишь небольшой дискомфорт, который со временем прошел. Неудобства, конечно, есть. Но жить с ними можно. До травмы я работала на стройке крановщицей. Профессию пришлось сменить. Вышла замуж. Последние десять лет работаю в райсобесе.

Чтобы не разучиться глотать, больные пьют воду

18-летняя Алла обожгла пищевод жидкостью «Крот» не случайно, а чтобы свести счеты с жизнью. Худенькая и бледная настолько, что просвечиваются сосуды на лице, она сидит на кровати с отрешенным лицом и, кажется, вот-вот заплачет.

Рядом с ней всегда неотлучно мама. Девушке операция по пластике пищевода только предстоит. Пока же она получает пищу через трубочку, поставленную в кишечник.

Иногда, чтобы не угасал глотательный рефлекс, ей позволяют сделать несколько глотков воды или молока.

— Многие больные истощены настолько, что операции мы им делаем в несколько этапов — иначе они не выдержат, — объясняет хирург Николай Уманец. — Например, Алле сначала поставили трубочку в желудок для питания. Когда пациентка окрепнет, сделаем операцию по замещению пищевода.

Зная от врачей ее грустную историю, я не смею ни о чем расспрашивать, беседуя только с соседями по палате. Мама Аллы заводит разговор первой.

— Алла жила в семье мужа. Жизнь у молодых никак не ладилась. Плюс родители подливали масла в огонь. Вот и не выдержала дочка. — рассказала Вера Алексеевна.

— У нас в Херсонской области таких операций не делают — посоветовали ехать в Киев. Спасибо работникам нашего облздравотдела, никакой волокиты при оформлении направления не было.

Не могу не поблагодарить этих сердечных людей, которые отнеслись к моей беде, как к собственной.

Чаще всего подобными методами сводят счеты с жизнью славяне. Пьют, оказывается, и тормозную жидкость, и антифриз, и бытовые химические средства, среди которых самое популярное — «Крот». В богатой же Европе предпочитают прерывать свой земной путь выстрелом из пистолета.

Однако большинство больных употребляют кислоту или щелочь по ошибке. Недавно в отделении лечилась женщина из Одессы. Ее муж, ремонтируя сантехнику, оставил на столе чистящее средство «Крот» в бутылке из-под пепси. Глоток агрессивной жидкости, которая по цвету похожа на эту газировку, сделал свое дело, и женщина теперь живет с искусственным пищеводом.

Бывает, что люди получают ожоги, когда пытаются лечить пищевое отравление марганцовкой. Раствор должен быть чуть розовым, а его делают крепким, с нерастворенными кристалликами, прожигающими ткани насквозь.

По словам специалистов, сужение пищевода иногда происходит из-за воздействия на него желудочного сока. Таким больным хирурги во время операции формируют препятствие на пути этого заброса по принципу чернильницы-непроливайки: в желудок попадает, а обратно не возвращается.

Больше 20 лет женщина не могла нормально есть

Сужение пищевода может произойти не только из-за ожога, но и после перенесенной нейроинфекции или стресса.

— Впервые я почувствовала, что не могу глотать пищу, 23 года назад, — рассказывает пациентка. — Тарелку супа приходилось есть целый час. Наши полтавские специалисты, сделав рентген, сказали, что пищевод сильно сужен.

Это могло произойти из-за стресса и нужно подождать — пройдет, мол. Не прошло. За годы болезни я превратилась в былинку. При этом работала на заводе железобетонных изделий, где приходилось таскать тяжелую арматуру.

Так и жила до сих пор, пока мне не посоветовали обратиться в этот институт.

— Во время операции мы рассекли пациентке мышечное кольцо в пищеводе, и уже через несколько дней она впервые за многие годы смогла нормально питаться, — говорит доктор Кондратенко.

— К сожалению, больные с непроходимостью пищевода далеко не всегда могут быстро найти «своего» врача. Поэтому случается, что некоторые из них пробуют проталкивать пищу с помощью различных предметов — например, веточек.

При этом рвется стенка пищевода, и их оперируют по скорой. Спасти жизнь удается, а сохранить здоровье — не всегда.

Должна быть обычная врачебная настороженность. Плохо с пищеводом? Направьте больного в медучреждение, где разберутся, что делать, применив специальные методики исследования. В наш институт, кстати, можно обратиться и без направления — мы никому не отказываем.

Читайте нас в Telegram-канале, и

Источник: https://fakty.ua/108263-posle-udaleniya-zheludka-selezenki-i-picshevoda-64-letnij-selyanin-rabotaet-s-utra-do-nochi-i-na-diete-ne-sidit

Спасти жизнь: слово хирурга-онколога Вячеслава Егорова

Без поджелудочной железы как жить

10 февраля 2014, 13:13 [«Аргументы.ру», Екатерина Алтайская ]

«Не связывайтесь с поджелудочной железой», — говорили хирурги десятки лет назад. Но для многих людей операция на этом органе – последний шанс на жизнь.

Опухоли поджеудочной железы часто коварны и «маскируются» симптомами панкреатита и гастрита.


О современных достижениях медицины и способах справиться с болезнью рассказывает Вячеслав Егоров, один из лучших специалистов в хирургии поджелудочной железы.

— Вячеслав Иванович, у Вас самый большой на территории бывшего СССР опыт полного удаления поджелудочной железы и наблюдения за пациентами, перенесшими эту операцию. Удалось ли им вернуться к нормальной жизни?

— Поджелудочная железа вырабатывает ряд важнейших ферментов (веществ, необходимых организму для пищеварения). Кроме того, она – единственный орган, который производит инсулин. Другие органы не в состоянии взять на себя эти функции.

Поэтому после удаления поджелудочной железы нужно постоянно принимать инсулин и ферменты в виде препаратов.

Как сложится жизнь пациента, перенесшего операцию – зависит от того, как он будет выполнять рекомендации врача и как ему в этом помогут близкие и органы соцзащиты, ведь не у всех есть близкие люди.

При правильной организации жизни человек может прожить еще десятки лет после панкреатэктомии (полного удаления поджелудочной железы). Некоторые мои пациентки после обширных резекций поджелудочной железы родили детей и сейчас воспитывают их. Многие работают, водят машину…

Например, женщине в 71 год мы удалили поджелудочную железу из-за метастазов рака почки. В 72 года она вернулась на работу, и еще несколько лет преподавала математику. Сейчас она на пенсии.

Один пациент три года работает водителем (!) после такой же операции и резекции воротной вены. Другая моя пациентка перенесла панкреатэктомию в 33 года. Сейчас ей 35. Она генеральный директор магазина.

Водит машину и… работает по 14 часов в сутки, хотя 14 часов – это много и для здорового человека. Но жизнь заставляет зарабатывать и на препараты, и на саму жизнь.

Вернуться к нормальной жизни можно и после удаления желудка. Удаляя этот орган, пищевод соединяют с тонкой кишкой. Пациенту после такой операции нужно перейти на новый режим питания: есть часто, маленькими порциями, и тщательно пережевывать пищу. Теперь это не просто рекомендация, а жизненная необходимость.

Чтобы привыкнуть к новому образу жизни, требуется примерно год, но, привыкнув к определенным правилам, пациенты ведут абсолютно нормальную жизнь.

К сожалению, и опухоли желудка, и опухоли поджелудочной железы часто обнаруживают лишь тогда, когда орган уже нельзя сохранить: будьте внимательны к себе, не стесняйтесь обращаться к врачам.

Для человека с удаленной поджелудочной железой главное – своевременно получать инсулин и достаточное количество ферментов. В нашей стране трудности и с первым, и со вторым. Хотя со вторым сложнее.

Если инсулин иногда выдают бесплатно, то хорошие ферменты стоят 9-12 тысяч рублей в месяц. Почти вся жизнь пациентов без поджелудочной железы может сводиться к работе на лекарства.

Но они не ропщут – они могут жить.

Наша общая задача – обеспечить достойную жизнь людям без поджелудочной железы и других органов. Пока они этой достойной жизни не имеют. Сейчас на базе нашей больницы (ГКБ№5, г.

Москвы) мы организуем «Общество апанкреатических больных», которое объединит пациентов, перенесших полное удаление поджелудочной железы или ее обширную резекцию (удаление значительной части железы).

В декабре было первое собрание нашего Общества.

Или хорошо, или быстро: одна операция длится 10 часов

-Почему врачи считают поджелудочную железу «проблемным» органом?

-Поджелудочная железа находится в труднодоступном месте – практически лежит на позвоночнике. Кроме того, осложнений в панкреатической хирургии в 10 раз больше, чем в общей.

Это, в первую очередь, недостаточность соединения между поджелудочной железой и кишкой, приводящая к истечению панкреатического сока в брюшную полость. Истечение панкреатического сока в брюшную полость может приводить к разъеданию стенки крупных сосудов и тяжелым кровотечениям из них.

Тем не менее, несмотря на высокий уровень осложнений, смертность после операций на поджелудочной железе за последние 20 лет удалось уменьшить в 10 раз. Благодаря развитию анестезиологии, реаниматологии и, конечно, оперативной техники, хирургия поджелудочной железы успешно развивается во всем мире.

По ее уровню можно судить об уровне хирургии в стране. Тем не менее, эта область остается сложной, требующей опыта и достаточно длительной специальной подготовки.

— И все-таки Вам и Вашим коллегам удалось предложить что-то новое в этой области… Расскажите об этом.

— У некоторых людей не одна поджелудочная железа, а две. Вторая железа (эктопическая), значительно меньших размеров, чем первая, формируется внутри двенадцатиперстной кишки еще до того, как человек родился.

Здоровья этот орган-«дублер» не прибавляет: он находится в неудобном месте – рядом с желчными протоками и протоками основной поджелудочной железы. И как только «дополнительная» железа хоть немного воспаляется, она сдавливает проток основной железы.

Из-за этого пациент не может ни работать, ни есть. Он теряет вес. У него постоянные боли.

По принятой методике, вместе с добавочной железой удаляют головку основной поджелудочной железы. После таких операций нередко развивается диабет. Бывают и другие осложнения.

Чтобы защитить людей от этого, мы предложили оставить основную железу в покое, а удалять только пораженный участок 12-перстной кишки длиной всего 6-8 см.

Первые пациенты, у которых удалена только «дополнительная» железа, чувствуют себя хорошо, выглядят совершенно здоровыми и вернулись к своей работе. По сложности обе операции сравнимы. По времени они тоже длятся примерно одинаково – 6-7 часов.

— 6-7 часов – это много или мало для хирургии органов пищеварения?

— Некоторые из моих недавних операций длились около 10 часов. Но за операционным столом не замечаешь, сколько проходит времени. По современным представлениям, время операции почти ничего не решает. При операциях на поджелудочной железе нельзя торопиться – от тщательности хирурга зависит продолжительность жизни больного.

Кроме того, опухоль нередко вовлекает крупные сосуды и отделение сосудов от опухоли или удаление части сосуда с восстановлением его проходимости может занять изрядное время. Я бывал в разных передовых клиниках мира, специализирующихся на хирургии поджелудочной железы: в Германии, США, Великобритании, Аргентине, Южной Африки, Австралии, Китае и т.д.

Тщательности выполнения операции там придается особое значение. Лучшие хирурги мира «тратят» на удаление головки поджелудочной железы с 12-перстной кишкой (так называемая панкреатодуоденальная резекция) не менее 5 часов. Они понимают, что быстрее эту операцию нельзя сделать хорошо. В Японии «скоростные» операции такого рода – предмет для детального «разбора полетов».

Отдаленные результаты показывают: в панкреатической хирургии правило «или хорошо, или быстро» работает безотказно.

Самая долгая моя операция длилась 14 часов. У больного было одновременно пять видов рака: один – большого дуоденального сосочка (часть двенадцатиперстной кишки, в которую впадают протоки желчного пузыря и поджелудочной железы), две опухоли в почках (по одной – в каждой), три – в разных отделах толстой кишки. В «дополнение» — метастазы в печени.

Удалить новообразования можно было бы гораздо быстрее — но у пациента много лет назад прорвался аппендицит. Из-за этого произошло тяжелое воспаление брюшины, и в брюшной полости образовались многочисленные спайки. Пять часов мы с коллегами разделяли сращения между органами, чтобы понять их анатомические взаимоотношения и только после этого смогли приступить к удалению раковых опухолей.

Пациент жив. Через два с половиной года после операции приходил на обследование. Заболевание перестало прогрессировать. Метастазы в печени мы не пытались удалить: были поражены все отделы печени, но их развитие удалось остановить химиотерапией. На следующий день после 14-часовой операции мне объявили выговор – за то, что задержал операционных сестер.

Из-за обеденного стола – на операционный

— Вячеслав Иванович, почему в разных странах распространены различные виды рака? Может в разных странах действуют разные факторы риска развития рака?

— У каждой болезни – своя география. В нашей стране рак печени – редкость. А в странах Юго-Восточной Азии им болеют часто. Причина в том, что на юго-востоке Азии при хранении зерно поражается особым грибком. Попав в организм, эти грибы вызывают воспаление печени, которое может закончиться раком.

Другой пример: в последние 30 лет в США стали реже болеть раком желудка. Американцы связывают это с появлением холодильников и улучшением условий хранения продуктов, а также с уменьшением потребления злаковых и пищи с консервантами.

Еще один интересный факт: в мире среди злокачественных опухолей органов пищеварения на первом месте – рак толстой и прямой кишки. На втором – рак желудка. Но в некоторых странах ситуация другая. В числе «рекордсменов» по новообразованиям желудка – Чили, Япония, Исландия и Россия.

— Что «помогло» нашей стране оказаться в четверке «лидеров»?

— У нас широко распространена бактерия хеликобактер пилори, которая способствует возникновению гастрита и язвенной болезни желудка и 12-перстной кишки. Длительная жизнедеятельность этого микроба в желудке может приводить к раку. Опасность в том, что при появлении опухоли симптомы болезни не меняются. Они остаются такими же, как при гастрите или язвенной болезни.

Зачастую во многих заблуждениях пациента виноваты… врачи, если их уровень знаний не поддерживается на необходимом уровне. Как в сердцах сказала одна моя коллега: «Трудно иметь дело с врачом без медицинского образования!».

Впрочем, отсутствие медицинского просвещения – национальная проблема. Ее может решить только государство, если будет постоянно проводить медицинский ликбез всех своих граждан.

Знания о здоровье и заботе о нем должны быть у каждого.

-К чему приводит общение с некомпетентным врачом?

— К тому же, к чему приводят консультации других несведущих людей: магов, предсказателей, хиромантов, хилеров, «компьютерных диагностов» и других мошенников. Приведу несколько примеров из собственной практики, которая постоянно пополняется ими. Вот первый случай: т.н.

специалист по «компьютерной диагностике» ставит моей будущей пациентке диагноз «гастрит» и назначает лечение. К счастью, она успевает обратиться в больницу – и вовремя соглашается на операцию. «Гастрит» оказался обширным раком желудка, который существовал не менее двух лет.

Другой случай: мужчина болел раком желудка. Врач-эндоскопист сообщает ему об опухоли, а «компьютерная диагностика» говорит о гастрите. Больной предпочел согласиться с «компьютерным диагностом», т.к. он не предлагал операцию, и «лечился» по его рекомендациям. Прибор показывал улучшение… Через полгода пациент умер от метастазов.

Еще одна ситуация, к сожалению, распространенная в наших поликлиниках. Пациент сообщает врачу поликлиники о том, что ему полностью удалена поджелудочная железа, а ему говорят: таких операций не бывает! Даже когда больной показывает документы, доктор остается при своем мнении. То есть необразованность врачей создает больным проблемы. Всегда.

-На что еще должен обратить внимание пациент, чтобы избежать страшной болезни?

Недавнее американское исследование показало: жирная пища и большое количество мяса в рационе увеличивают риск многих злокачественных опухолей. Среди них – рак поджелудочной железы, груди и практически всех органов мочеполовой системы.

Связь курения и 21 вида рака уже давно доказана. Кстати, курение провоцирует большинство онкологических болезней желудочно-кишечного тракта.

Несвежая еда и консерванты повышают угрозу новообразований желудка, наследственный панкреатит увеличивает риск рака поджелудочной железы, сидячий образ жизни приводит к раку прямой кишки.

Всем, кто старше 45 лет, нужно раз в три-четыре года проходить обследование желудка и толстой кишки. Это в том случае, если не обнаружено никаких болезней органов пищеварения. Если у вас жалобы, не нужно их консервировать! Сразу же обращайтесь к врачу.

Нельзя мириться с болью и выращивать другие проблемы. Ранний рак излечим практически в 100% случаев. Если болезнь вовремя обнаружить, от нее можно избавиться навсегда.

Беседовала Екатерина Алтайская

Источник: http://doctor-egorov.ru/?p=1217

Руководитель Европейского центра поджелудочной железы при Университетской клинике г. Гейдельберга — медицинском учреждении с мировым именем — профессор, доктор медицинских наук Маркус В. Бюхлер, признанный специалист в хирургии поджелудочной железы, рассказал “Ъ”, как своей работой он дарит надежду и спасает человеческие жизни.

Европейский центр поджелудочной железы является частью Университетской клиники Гейдельберга — ведущего центра по лечению онкологии в Германии. Каждый год более 15 тыс. пациентов с различными видами рака приезжают сюда на консультацию и лечение.

Профессор Бюхлер и его команда ежегодно оперируют более 700 пациентов на поджелудочной железе. По этому показателю Европейский центр поджелудочной железы в Гейдельберге является одним из крупнейших и опытнейших центров по хирургии поджелудочной в мире.

Благодаря многолетнему опыту междисциплинарной команде центра удается добиваться превосходных результатов лечения. Для совершенствования лечебного процесса постоянно разрабатываются новые операционные и терапевтические методы.

Кооперация со специалистами по химиотерапии, инновационному облучению и иммунотерапии из Национального центра опухолевых заболеваний позволяет разработать оптимальную стратегию лечения для каждого пациента.

— Профессор Бюхлер, Вы снискали славу в хирургии поджелудочной железы. Это ваше самое серьезное достижение?

— В профессиональном плане мой самый серьезный успех — выздоровление многих моих пациентов. С одной стороны, я смог непосредственно повлиять на это, разрабатывая новые оперативные методы.

С другой стороны, мне и моим коллегам всегда удавалось подбирать и иные терапевтические средства, позволяющие обеспечить оптимальное лечение пациентов. Для меня важен критический подход к хирургическим техникам и их усовершенствование.

Важно обучать молодых специалистов, чтобы они стали первоклассными хирургами, и поддерживать междисциплинарный обмен с коллегами, например с врачами-терапевтами или с младшим медицинским персоналом. Ведь операция — это значительная, но не единственная составляющая лечебного процесса.

Возможно, как раз совокупность всех этих факторов и дает мне как ощущение удовлетворения от моей работы, так и понимание той пользы, которую она приносит моим пациентам.

— Как вы выбрали свою специализацию?

— Я начинал карьеру в Университетской клинике города Ульма. Мой руководитель специализировался на операциях на поджелудочной железе. Он и стал моим учителем. Тогда меня заинтересовала эта тема, она стала для меня основной, и я стал развивать свою карьеру в этом направлении. Сегодня пациенты из многих стран мира приезжают на лечение рака поджелудочной железы именно к нам в Гейдельберг.

— Вы можете кратко объяснить, какую функцию выполняет поджелудочная железа в организме?

На поджелудочную железу часто обращают недостаточно внимания, хотя она производит такие важные гормоны, как инсулин, и энзимы, которые играют важную роль в регулировке уровня сахара в крови и пищеварении.

Если нарушена работа поджелудочной, могут возникнуть такие заболевания, как диабет или нарушения пищеварения.

И, к сожалению, развиваются и такие тяжелые онкологические заболевания, как злокачественная опухоль — карцинома поджелудочной железы.

— Карцинома поджелудочной железы, несомненно, является самым серьезным заболеванием. Как она возникает и кто подвержен особому риску? Как часто ставят этот диагноз?

Определенную роль играет генетическая предрасположенность человека. Риск заболеть у родственников пациентов выше, чем у остальных людей. Известны также некоторые факторы риска, например курение или хроническое воспаление поджелудочной. Однако во многих случаях установить однозначную причину возникновения этого заболевания сложно.

На сегодняшний день среди всех новых зарегистрированных случаев онкологических заболеваний рак поджелудочной железы находится на шестом месте по распространенности у женщин и на десятом — у мужчин. Но нужно учитывать, что карцинома поджелудочной очень агрессивна, поэтому она часто приводит к летальному исходу. Средний возраст пациентов составляет 70-75 лет.

Если есть генетические предпосылки, заболевание может появиться и в более молодом возрасте.

— Правда ли, что на сегодняшний день не существует методов, способных на 100% распознать рак поджелудочной железы на ранних стадиях? Когда пациенту следует незамедлительно обратиться к врачу?

— К сожалению, это так. Пока что не существует методов по распознаванию рака поджелудочной на ранних стадиях, даже у людей с наследственной предрасположенностью. Есть различные симптомы, которые могут указывать на рак поджелудочной — именно с ними нужно обратиться к врачу.

Сюда относятся, например, боли в верхней части живота, отдающие в спину, пожелтение кожи и склер глаз, которое может сопровождаться зудом, возникший или обострившийся диабет. Также такие неспецифические жалобы, как отсутствие аппетита, чувство тяжести в животе или же непреднамеренная потеря веса, нельзя оставлять без внимания.

Особенно в том случае, если данным симптомам нет других объяснений.

— Какие исследования необходимо провести для диагностики рака поджелудочной железы?

— С помощью УЗИ сегодня можно с высокой вероятностью поставить диагноз. Дополнительно проводятся компьютерная (КТ) и магнитно-резонансная (МРТ) томографии брюшной полости и легкого. В некоторых случаях дополнительно требуется проведение эндоскопического исследования ЭРХПГ.

— Что, по вашему мнению, необходимо в первую очередь сделать пациенту после постановки этого диагноза?

— Когда пациентам ставят такой диагноз, они обычно впадают в отчаяние и хотят как можно быстрее начать лечение. Я советую оперативно собрать информацию, но не спешить с началом лечения. Потому что шансы на выздоровление увеличиваются, если с самого начала была выбрана оптимальная терапия и подобрана правильная команда врачей.

Здесь могут помочь близкие, стоит пройти консультацию в крупном центре с богатым опытом и обширным терапевтическим спектром, лучше всего и лечение проходить в таком центре. Надо помнить, что последствия неудачно проведенной операции, как правило, невозможно исправить.

Есть огромное количество исследований, которые доказывают, что лечение рака поджелудочной железы в специализированном центре дает лучшие результаты.

— Как много людей обращается к вам за консультацией?

— Для нас важно, чтобы максимальное количество людей смогли воспользоваться нашим опытом, поэтому мы предлагаем консультации. Мы отвечаем на около 500 запросов по телефону и электронной почте в месяц. 100 из них поступают к нам из-за рубежа. Это говорит о том, что люди обращаются в центры с богатым опытом, это очень важно, и именно это мы и советуем в такой сложной ситуации.

— Является ли операция самым эффективным лечением?

— На сегодняшний день только операция позволяет обеспечить долгосрочную выживаемость пациентов с таким диагнозом. За последние годы шансы на выздоровление продолжали увеличиваться. Через пять лет после операции выживаемость пациентов, лечившихся в Гейдельберге, доходит на данный момент до 40%.

В сравнении с другими медучреждениями это очень хороший показатель, но мы не останавливаемся на достигнутом.

Поэтому наши хирурги совместно с коллегами из Национального центра опухолевых заболеваний в Гейдельберге совершенствуют методы терапии, например ищут новые подходы в иммунотерапии и лучевой терапии.

— На что нужно обращать особое внимание при операции? Операции на поджелудочной считаются операциями высокого риска. Что делает эти операции особенно сложными?

— Важно, чтобы операция проводилась радикально — это означает, что опухолевую ткань нужно удалить полностью. Так как вокруг поджелудочной железы находится много жизненно важных структур, опухоль часто прорастает и в близлежащие органы и сосуды, которые приходится также оперировать. Это сложнейшие операции.

Чем больше опыта у хирурга, тем чаще получается удалить опухоль полностью. Сложность еще и в том, что поджелудочная железа — очень мягкий орган. С ней нужно обращаться чрезвычайно осторожно. Существует риск повреждения близлежащих структур из-за выхода агрессивных пищеварительных энзимов. Этого нужно избежать любой ценой.

Поэтому такие операции должны проводить только хирурги с большим опытом.

— Какие оперативные методы предлагает Европейский центр поджелудочной железы? Имеется ли у вас особое техническое оснащение?

— Наши 16 операционных отлично оснащены, что позволяет нам применять индивидуальный подход к каждой операции. Мы разработали специальные техники проведения операции, которые мы можем подстраивать под нужды конкретного пациента. Если ситуация позволяет, мы оперируем малоинвазивным методом.

У нас есть и робот-хирург “Да Винчи”. Конечно, мы применяем и классические методы. Кроме того, крупные, сложнейшие операции для нас повседневная практика. У нас есть и специальная операционная с возможностью облучения опухоли во время операции.

Если необходимо, мы применяем и аблативное лечение, например необратимую электропорацию.

Мне и моей команде важно, чтобы наши пациенты после операции получали все необходимое. Я имею в виду и достаточное количество обезболивающих препаратов, а также поддержку и консультирование, которые тоже важны для выздоровления. Для этого к услугам пациентов превосходная команда медицинских специалистов из разных областей.

— Как долго пациент выздоравливает после операции?

— Уже через неделю после операции большинство пациентов можно выписывать из больницы.

После этого необходимо еще около двух-трех недель реабилитации, пока полностью вернутся силы и пациент сможет самостоятельно справляться с повседневными задачами.

Некоторым приходится всю жизнь делать инъекции инсулина, если поджелудочная железа сама его не вырабатывает. Часто после операции на опухоли необходимо проводить химиотерапию.

Предоставлено Heidelberg University Hospital

— Чего вы со своей командой хотели бы добиться в ближайшем будущем?

— Для начала мы поставили себе цель на 2019 год: переехать в одну из самых современных клиник в Европе. Сейчас строится новое здание для нашей хирургической клиники, где мы сможем применить наш опыт на новом месте и усовершенствовать нашу работу.

Для меня и сейчас, и в будущем важно сделать все, чтобы шансы на выздоровление у пациентов с раком поджелудочной железы стали выше. Я также считаю важным качественное обучение будущих хирургов. Это та задача, которой я хочу заниматься и в будущем.

— Чем вы занимаетесь в свободное от работы время?

— Свободное время, которого остается немного, я провожу с женой и детьми. С удовольствием встречаюсь и с друзьями. Например, раз в месяц мы собираемся и играем в скат (карточная игра, распространенная в Германии.— “Ъ”).

Беседовала Ольга Хохлова

www.heidelberg-university-hospital.ru

international.office@med.uni-heidelberg.de

*Возможны противопоказания, необходима консультация специалиста

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3765575

Онколикбез: самый страшный вид рака, которым болеют металлурги и любители жирного мяса

Без поджелудочной железы как жить

О главных опасностях и проблемах рака поджелудочной рассказал онколог Григорий Булыгин

Александра Симутина

Ежегодно в Красноярском крае раком поджелудочной железы заболевает около 350–400 человек. Это один из самых страшных видов рака, который уносит жизни людей за считанные месяцы.

Вместе с хирургом онкоабдоминального отделения Красноярского краевого клинического диспансера Григорием Булыгиным мы разбирались, чем именно так опасен этот вид рака и есть ли хотя бы небольшой шанс выжить при таком страшном диагнозе. 

Почему от рака поджелудочной так часто страшно и мучительно умирают? В чем его главная опасность?

Рак поджелудочной очень агрессивен — он входит в тройку самых агрессивных видов онкологических заболеваний наряду с меланомой и раком желчного пузыря. Его очень тяжело диагностировать, даже опытным узистам это не всегда удается. Сама поджелудочная железа очень закрыта, к ней тяжело подойти и зачастую именно невозможность раннего диагностирования дает плохой прогноз.

Кроме того, если другие виды рака могут 5–7 лет расти до крупной опухоли, то поджелудочная железа до 1 см вырастает за 1,5–2 года, а от 1 см до неоперабельной стадии проходит уже от 4 до 6 месяцев, максимум до года.

Григорий Павлович, кто выживает после рака поджелудочной?

Если даже делать УЗИ всем людям, обнаружить рак на ранней стадии все равно не представляется возможным. Зато в этом случае эффективно выделение групп риска. В них входит две категории людей: больные сахарным диабетом и хроническим панкреатитом, особенно индуративными формами.

Человеку, который болен сахарным диабетом, нужно раз в год делать УЗИ, так как те, кто больше 5 лет живут с этой болезнью, у них повышается риск рака поджелудочной. Но при регулярном прохождении УЗИ есть шанс обнаружить рак даже на ранней стадии, что случается нечасто. Та же ситуация с хроническим панкреатитом.

Однажды меня удивил пациент, который пришел на прием в поликлинику — ему 10 лет назад сделали сложнейшую операцию, удалив опухоль в головке поджелудочной железы. Это был мужчина немного социально неблагополучный и с алкогольной зависимостью.

Он показал справку, где рукой тогдашнего заведующего нашим отделением было написано, что у него была 3Б стадия рака — это предпоследняя. Он просто не понял, что за операцию ему сделали и чем он был болен, у него не было стресса.

А стресс часто провоцирует болезни поджелудочной и является фактором осложнений после операции.

Кроме этих болезней какие еще факторы влияют на развитие рака поджелудочной?

В группе риска находятся также люди определенных профессий — это те, кто работает в алюминиевой промышленности, в химчистках, на бензоколонках или нефтеперерабатывающих заводах, на красящем производстве. Здесь действует теория канцерогенеза, согласно которой канцерогенные пары влияют на ДНК и возникает сбой при делении клеток. Еще один фактор — ионизирующая радиация.

А обычные жители города, которые дышат вредными выбросами, находятся в опасной зоне?

Это может влиять на развитие рака, но надо понимать, что в целом экология максимум добавляет 12–15% к онкопатологиям. Экология — далеко не основная причина онкологических заболеваний.

Питание, вредные привычки — что из этого плохо влияет на работу поджелудочной железы?

Что касается питания, то быстрое, высококалорийное питание, особенно жирные сорта мяса плохо сказываются на работе органа и могут привести к раку, если так питаться регулярно. Вредные привычки, разумеется, тоже ничем хорошим не оборачиваются, особенно курение и особенно натощак: оно действует не только на легкие и желудок, но и на поджелудочную.

А вот алкоголь сам по себе канцерогеном не является, но злоупотребление им ведет к хроническому панкреатиту и, как следствие, к раку.

Плохо сказывается и голодание, особенно полное игнорирование еды по утрам, ведь в этом случае поджелудочная железа начинает переваривать саму себя.

Существует какая-то профилактика рака поджелудочной?

Абсолютной профилактики — нет, не существует. Но есть то, что все мы можем сделать, чтобы дольше сохранить орган здоровым: регулярно питаться, не курить и не пить кофе натощак. Это те вещи, которые может сделать любой из нас, ведь, например, не всегда есть возможность сменить работу на вредном производстве или переехать в другой город.

Каковы симптомы рака?

Если опухоль локализуется в головке железы, то яркий симптом — это желтуха, так как там проходит общий желчный проток. Если вдруг человек просыпается утром и видит, что его кожа стала желтой, но других симптомов при этом не было, — это наш пациент. Бывает, что пациентов везут в инфекционку, думая, что гепатит, но после исследований видят, что это рак.

Если поражены тело и хвост [железы], то человек испытывает болевой синдром, боль при этом опоясывающая. Можно перепутать с остеохондрозом или почечной коликой, но если есть связь с приемом пищи, то нужно понимать, что, скорее всего, проблема в поджелудочной.

Для всей железы характерным признаком болезни является сильная потеря веса, сразу 15–20 кг за короткий промежуток времени.

Расскажите, как вы лечите этот вид рака?

Если у человека нет дальнего метастазирования, делается большая операция — гастропанкреатодуоденальная резекция, то есть удаление головки поджелудочной железы, 12-перстной кишки полностью, нижней трети желудка и нижней трети желчевыводящего протока, делается 3–4 новых соединения. Это технически очень сложная операция, она делается, если рак локализуется в головке железы.

Как долго живут люди после такой операции?

Начнем с того, что из 10 больных, у кого найдут рак поджелудочной, только 1–2 дойдут до этапа операции. Уже из этих 10 больных судьба хорошо сложится у 1–2 человек. А уже из 10 прооперированных 5 лет проживет только 1 человек. После радикального лечения выживаемость не превышает 15%, а остальные умирают до 5 лет после лечения.

3–4 месяца к жизни после радикальной операции может добавить химиотерапия. Рак поджелудочной очень опасен и, к сожалению, в лечении этого вида рака общемировая медицина еще не достигла серьезных прорывов.

Источник: https://ngs24.ru/news/more/53522731/

Врач Крылов
Добавить комментарий